– Церкви около 400 лет, – говорит батюшка. – Сначала она была деревянной, но в 1827 году онежцы начали возводить большую, каменную.
Вначале храм был построен в византийском стиле, потом, в начале века, стали делать пристройки в русском стиле. Это очень символично: можно сказать, это образ нашей Церкви с ее византийской основой и последующим возрастанием уже в русском духе.
Нижний престол освящен в честь Рождества Богородицы, верхний – Воскресения Христова. Но здесь есть одна загадка. Зимой, когда я приехал, местные стали говорить: скоро праздник у нас, Гаврилов день. Это как бы день рождения Онежья. От мала до велика все напиваются и песни поют. Стал выяснять, почему именно этот архангел такое значение для онежцев имеет. Но никто объяснить этого не смог. Возможно, при основании села здесь была заложена в честь него часовня, из которой потом вырос храм. Другого объяснения я найти не могу.
Единственный образ в храме, сохранившийся от старого иконостаса, был именно этого архангела. Причем не было видно, что на этой иконе изображено. Но у каждого образа свое место в иконостасе. У архангела Гавриила – на северных дверях. Только по этому мы и узнали его.
В этот день я получил в епархии антиминс и святые дары для онежского храма. Это очень знаменательно. Ведь антиминс – это сердце церкви, он как бы дает жизнь храму. А миро тоже известно, что означает – оно открывает сердце новокрещаемого Святому Духу. И именно в день, когда село смутно и странно готовилось чтить своего покровителя, в наш храм вернулась жизнь.
Шли месяцы. Поверхность образа оставалась мертвенно-серой, сморщенной, перекрученной какой-то. И вдруг спустя год с небольшим прихожане наши, что стояли на литургии, заметили, что на левом плече архангела проступил узор на ораре, местами золотая краска начала просвечивать и главное крыло проявляться.
Вспомните, ведь именно архангел Гавриил предвозвестил Царице Небесной рождение Христа. Быть может, и нам он, открываясь через образ, несет благую весть о возрождении Онежья?