Глубокоуважаемый редактор и редакция газеты «Вера»!
Примите приветствие от тяжело болеющего и слепнущего митрофорного протоиерея Василия Чугунова, вашего внештатного корреспондента.
6 сентября 2001 года исполняется 30 лет со дня кончины архиепископа Иннокентия. Покойный был родом из наших северных мест. Он родился около Тотьмы. Долгое время жил в Вологде и служил в храмах епархии. На своем жизненном пути ему, единственному из вологжан, довелось быть наместником древней Почаевской лавры.
Полагаю, что вы почтите вниманием труды покойного владыки и опубликуете мой очерк-биографию о жизни и трудах покойного архипастыря.
Почаевская лавра... При одном упоминании Лавры взоры благочестивых православных верующих мысленно обращаются на юго-запад Украины – туда, где сейчас на православие воздвигнуты настоящие гонения. Именно Почаевская лавра является оплотом защиты, центром православия на Западной Украине, к которому на протяжении многих веков стекаются богомольцы. Главными святынями Почаевской лавры являются Стопа Божией Матери, чудотворный образ Божией Матери «Почаевская» и нетленные мощи преп. Иова Почаевского. А сколько подвижников просияло в стенах Лавры! Имя протодиакона Стратоника, обладавшего мощным непревзойденным басом и спасшего икону Божией Матери «Почаевскую» (в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.), говорит о многом. Среди этих замечательных людей в Почаевской лавре подвизался и архимандрит Иннокентий, наш земляк. Было это в послевоенное время – время трудного восстановления страны и возрождения Русской Православной Церкви в условиях тогдашнего атеизма. В те трудные годы требовались мудрость, умение, знание. Такими качествами и обладал о.Иннокентий, будущий архипастырь.
Родился он 10 сентября 1890 года в семье потомственного духовенства Вологодской епархии в далеком селе Вожбал Тотемского уезда, где служили его отец о.Михаил Глебович Леоферов и его дед диакон Глеб Леоферов. Иван Михайлович, как звали будущего святителя, еще с малых лет прислуживал в церкви: пел и читал на клиросе, пономарил. По семейной традиции, поступил в Тотемское духовное училище, которое закончил в 1905 году, а затем в Вологодскую духовную семинарию. В период обучения был иподиаконом архиепископа Вологодского Никона (Рождественского). По окончании семинарии был назначен псаломщиком в Богородицкой церкви г.Вологды, в 1912 году рукоположен в диакона, а затем во священника и назначен священником Георгиевской Суетинской церкви Вологодского уезда. С 1916 по 1918 годы был военным священником. С 1918 года и до закрытия был настоятелем древнего храма Рождества Христова села Степурино Грязовецкого уезда. В это время молодого пастыря постигает горе – умерла жена, матушка Клавдия, оставив его с двумя детьми...
В военное время и до 1949 г. будущий владыка служил в Тамбовской епархии, где долгое время был секретарем архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого). 16 апреля 1949 г. принял монашеский постриг с наречением имени Иннокентий в честь преп. Иннокентия Вологодского. В этом же году по благословению Святейшего Патриарха Алексия I был назначен проповедником и библиотекарем Почаевской лавры.
Как раз в ту пору происходил сложный процесс присоединения униатов в лоно православия, и, конечно, большую роль в этом деле сыграли иноки Почаевской лавры во главе с архимандритом Иннокентием, который с 1950 г. возглавил братию Лавры. В период наместничества в Лавре о.Иннокентий неоднократно посещал Вологду. Автору сих строк тоже довелось побывать в Лавре в то время. Уже наступали хрущевские гонения, и над лаврой Почаевской нависла угроза закрытия. Уверен, что только благодаря стойкости и мудрости, благодаря тому, что о.Иннокентий воспитал себе достойного преемника в лице архимандрита Севастиана (Пилипчука, † 1992 г.), эта угроза вскоре отпала... Как повествует книга «Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве», «почаевские власти с 1962 по 1963 годы начали осаду лавры с целью закрытия, избавляя монахов и богомольцев». Осада была выдержана, но в результате воспитанник о.Иннокентия, архимандрит Севастиан, поплатился тюремным заключением в г.Тобольске.
13 декабря 1953 г. в Киеве во Владимирском соборе наместник Почаевской лавры о.Иннокентий был хиротонисан во епископа Кировоградского и Николаевского. Мне тогда довелось побывать в гостях у моего дорогого наставника и благодетеля, и я видел, с какими трудностями он столкнулся во вверенной ему епархии. И вновь владыка Иннокентий проявляет мудрость и твердость. Так он отстоял предназначенный к закрытию Кировоградский Рождество-Богородицкий кафедральный собор. Спустя пять лет за заслуги перед Церковью владыку возводят в сан архиепископа и назначают на Алма-Атинскую, а еще через семь лет на Калининскую кафедру.
Труднейшее время переживала в ту пору древнейшая Калининская (ныне Тверская) епархия. Жесточайший уполномоченный (между прочим, сын священника) безраздельно властвовал над епархией, закрывал храмы и изгонял духовенство. Бывший до этого епископ Варсонофий скончался от жестоких притеснений уполномоченного в 1958 г. Два года епархия пустовала. Никто из преосвященных архипастырей не решался возглавить эту епархию. Многочисленные храмы, открытые после войны, теперь закрывались десятками. И вот тогда-то последовал указ Святейшего Патриарха о переводе архиепископа Иннокентия для спасения «горящей» епархии.
Приехав в Калинин, владыка Иннокентий вызвал меня, тогда священника вологодского Богородицкого кафедрального собора, и сказал: «Отец Василий, помоги беде. К моему приезду уполномоченный закрыл сразу 22 храма, а это половина оставшихся храмов в епархии. Назначаю тебя в комиссию моим секретарем, поедешь в Москву улаживать дело».
В Москве мне удалось добиться встречи с могущественным личным секретарем Патриарха Алексия I – Даниилом Андреевичем Остаповым, с которым был хорошо знаком по Московской духовной академии. Надо заметить, Даниил Андреевич был покровителем созданной мною и о.Аркадием Ивановым в Московской духовной академии фотолаборатории, которая производила тысячи и тысячи снимков церковной жизни тех лет. «Здравствуй, знаменитый фотограф! – приветствовал меня Даниил Андреевич. – С чем пожаловал?» Я изложил цель визита и доклад архиепископа Иннокентия Патриарху Алексию I. «Посидите немного», – сказал Даниил Андреевич и ушел в покои Святейшего. Через некоторое время он вернулся и сказал: «Поезжайте с Богом. Все, что можно будет, устрою. Архиепископу Иннокентию передайте благословение Святейшего Патриарха и скажите, что Святейший на него надеется». С этим и уехали. Обрадованно встретил нас владыка Иннокентий, а мне сказал: «Спасибо тебе, о.Василий, большую радость принес». Из закрытых 22 храмов 16 были возвращены, а уполномоченный был снят и вскоре умер.
Да, жесточайшее было время. Сотнями закрывались храмы. На 1 января 1966 года Патриархия имела всего 7523 храма, хотя еще 16 лет назад в ней были 19273 храма. Каждый второй храм закрыли. Отрадно отметить, что Вологодская епархия не потеряла в те годы ни одного храма и явилась в этом роде единственной епархией во всей Московской Патриархии. Все это произошло во многом благодаря умной и осторожной архипастырской деятельности епископа Вологодского Гавриила, который управлял епархией 10 лет – с 1949 по 1959 гг. Для сравнения, в это же время соседняя Кировская епархия из 75 приходов потеряла 40 приходов.
В наше время, когда возрождается церковная жизнь, уже непонятны ужас тех дней и всеобщее смущение клириков, шедших к уполномоченному, как к татаро-монгольскому хану, который был вправе дать или не дать «ярлык» на служение в храме. В этой обстановке так важны были мудрость, духовный опыт, твердость правящего архиерея. Вот как свидетельствует о том времени документ, опубликованный в книге «Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве»: «В июне 1963 года состоялся Пленум ЦК КПСС, целиком посвященный задачам идеологической работы партии. С докладом выступил секретарь ЦК Ильичев. Докладчик заявлял, что религиозный опиум – одна из крайних форм буржуазной идеологии, и необходимо нанести удар по пережиткам прошлого. Пленум обязал все советские партийные организации добиваться быстрейшего освобождения советских людей от них... В антирелигиозную кампанию вновь стали включаться и госорганы. По указанию Хрущева идеологической комиссией при ЦК КПСС были приняты грандиозные мероприятия по усилению атеистического воспитания населения. Документ имел характер тотального наступления на церковь». Над Православной Церковью и тем более над слабой Калининской епархией возникла угроза закрытия. Религиозная истерия охватила всю страну. Были закрыты сразу 5 семинарий. Но Церковь выстояла.
«Я вспоминаю, как был на фронте в 1916 году там, в Карпатах. Теперь мне выпали такие же тяжелые дни», – говорил мне тогда владыка. С изгнанием Хрущева стало немного легче, но в целом напряжение не спало. И владыка, как прежде, с большим тактом и мужеством управлял епархией.
На долю архиепископа Иннокентия выпало немало испытаний, но, несмотря на все это, Господь даровал ему силы участвовать в хиротонии архимандрита Пимена (Извекова), будущего Патриарха, во епископа Балтского, торжественно отметить 700-летие Тверской епархии и дожить до своего 80-летия, которое отмечала вся Тверская епархия... Священноначалие Русской Православной Церкви высоко отметило труды владыки Иннокентия, наградив его бриллиантовым крестом на клобуке, орденом князя Владимира II степени. Скончался он 6 сентября 1971 г. в возрасте 81 года. Отпевание совершил архиепископ Дмитровский Филарет (ныне экзарх всея Белоруссии). Символично, что владыка скончался за несколько дней до празднования памяти преп. Иова Почаевского, памятью которого он так дорожил...