История Тихвинской святыни
Великая православная святыня – икона Владычицы Тихвинской – вернулась на родину. Большинство СМИ сосредоточены на рассказах о недавней военной истории – на том, как икона была увезена из России. Но гораздо важнее сейчас обратиться к древней истории – для того, чтобы понять значение совершающегося ныне события.
Икону Божией Матери «Тихвинская» можно назвать, во-первых, державной хранительницей России, во-вторых, подтверждением вселенского значения православной Руси, а в-третьих, защитницей от искушений западной экспансии (как Владимирская икона была преградой восточной экспансии). Все эти три положения доказаны историей.
В 1383 году, за 70 лет до падения Византийской империи, икона исчезла из Константинополя и, несомая по воздуху ангелами, явилась на берегу реки Тихвинки. После падения в 1454 году под ударами турок великой православной столицы Царьграда возросло значение Московского государства – последней надежды христианского мира, не отпавшего в ересь латинства. Вот как писал о том в 1471 году митрополит Московский Филипп:
«Разумейте, дети, царствующий град Константинополь и церкви непоколебимо стояли, пока благочестие в нем сияло, как солнце. А как оставил истину, единился Царь и Патриарх Иосиф с латиною, да подписали папе золота ради, так и скончал безгодно свой живот Патриарх, и Царьград впал в руки поганых турок».
Явление иконы, невидимо перенесенной из Царьграда в Тихвин, истолковывалось святыми старцами и иерархами Русской Церкви как один из небесных знаков избранности Руси. Василий III Иоаннович (1505-1533 гг.), при котором началось строительство Тихвинского Успенского монастыря, в 1522 году получил от старца Псковского Елиазарова монастыря Филофея особое послание, в котором были и такие пророческие слова:
«...Святая Вселенская Церковь вместо Рима и Константинополя сияет светлее солнца в Москве. Два Рима пали, третий – Москва – стоит, а четвертому не быть. Все Христианские Царства пришли в конец и сошлись в одно Царство нашего Государя; все христианские Царства потопишася от неверных, только Царство одного нашего Государя благодатию Христовою стоит. Подобает Царствующему Великому Князю держать это с великим опасением и обращением к Богу, и уповать не на золото и богатство исчезающе, но на дающего все Бога».
Первый помазанник Божий на русском троне – государь Иоанн Васильевич благословение на это Таинство получил перед иконой Божией Матери Тихвинской. За несколько дней перед тем, как он торжественно был миропомазан в Успенском соборе Кремля, Государь побывал в Тихвинском монастыре. Таинство помазания на царство было совершено «…по древнему цареградскому чиноположению». Митрополит Московский Макарий возложил на Иоанна знаки царского сана – Крест Животворящего Древа, бармы и шапку Мономаха, а затем золотую цепь Мономаха. После приобщения Святых Христовых Таин Иоанн был помазан миром.
Государь совершил паломничество в Успенский собор Тихвина, как и его благочестивый родитель накануне (3 февраля 1547 года) браковенчания. Избранницей Иоанна была дочь окольничего Романа Юрьевича Захарьина-Кошкина. Видимо, решение вступить в брак с боярышней Анастасией Романовной Иоанн Васильевич принял с одобрения митрополита Московского Макария 13 декабря 1546 года. Совершенное вслед за оным поклонение Святому образу и испрашивание милости и помощи у Царицы Небесной было необходимо еще и потому, что Иоанн искал прародительских обычаев: «…как прародители его, цари и великие князья и сродник его Владимир Всеволодович Мономах на Царство, на великое княжение садились».
О защите Божией Матери, в образе Тихвинском явленной, западных рубежей Руси в XVI и XVII столетиях хорошо известно всякому даже из школьного курса истории, потому повторяться не будем. Отметим только то, что происходило все это в решающий момент для духовной жизни страны. Ведь речь шла не только о военной агрессии Запада, но и о духовных притязаниях. Те «возрожденческие», а попросту сказать, революционные, бунтарские движения, которые в это время захлестывают Запад, те ереси, которые сотрясали западные церкви, всеми силами старались внедрить и в православном царстве.
И Заступница Усердная поставила преграду этому натиску – распростерла Свой омофор над землей Русской. Именно в Тихвине и у стен монастыря остановив рвавшиеся на Русь иноверные полки.
* * *
Все вышеизложенное заставляет более серьезно и внимательно отнестись к тому, что Владычняя икона по воле Божией, по воле Приснодевы – а конечно же, не по воле человеческой – возвращается в родные пределы. Это знак благоволения к нам свыше. Но это и призыв к ответственному выбору. Как сказал поэт, «какою будешь ты Россией – Россией Ксеркса иль Христа?»